forbes

Несовершенства системы кредитования и субсидирования отрасли мешают производственникам реализовать свой потенциал

Несовершенства системы кредитования и субсидирования отрасли мешают производственникам реализовать свой потенциал

Снижающаяся себестоимость производства создает предпосылки для роста. Ограничение импорта может помочь в освоении внутреннего рынка, девальвация рубля на фоне роста издержек производства в Азии — в экспорте. Впрочем, мечты остаются мечтами: пока заводам и фабрикам негде брать средства.

От Владивостока до Лиссабона

Согласно данным Росстата об итогах работы легкой промышленности в 2016 году, в стране была произведена лишь одна юбка на 25 женщин и девочек и один пиджак на 70 мужчин. В ближайший год цены на обувь и одежду, скорее всего, продолжат расти, оказавшись под влиянием девальвации и повышения ставки НДС до 20%. Рост стоимости может варьироваться от 5% до 20% в зависимости от сегмента. С учетом того, что реальные доходы и средние чеки продолжают снижаться, покупатели наверняка будут более осмотрительны при выборе.

Возможным преимуществом для производителей может быть как раз то, что отечественная продукция стоит дешевле многих импортных аналогов и подобное может компенсировать недостаток в качестве. В последнее время Роспотребнадзор стал более тщательно проверять импортную продукцию. Согласно недавним сообщениям, 54% всех проб трикотажных изделий импортного производства были признаны некачественными, а из отечественных — лишь 12%. Подобные заявления могут вызывать сомнения в объективности, но также указывать и на негласную поддержку российского регулятора по отношению к отечественному производителю.

 

Впрочем, расти можно не только внутри рынка, но и за его пределами. Себестоимость производства в странах Юго-Восточной Азии, мирового центра легпрома последних лет, продолжает дорожать уже который год. В России же ситуация совсем иная — производитель становится все более дешевым и, следовательно, конкурентоспособным. Сохраняется стабильный доступ к широкой ресурсной базе. К примеру, именно наличие древесины и нефтепродуктов позволило совершить недавний прорыв в производстве спецодежды.

Однако о перспективах российского легпрома можно говорить долго, и на бумаге вырисовывается весьма благоприятная ситуация, но на практике дела обстоят иначе.

Нет средств, нет мощностей

Несмотря на имеющийся потенциал, у небольших производственников существуют серьезные проблемы с доступом к кредитованию. Многие заслуженно считают легпром весьма рискованной отраслью, поэтому банки неохотно выдают кредиты под долгосрочные проекты. В результате отсутствие «длинных» денег существенно ограничивает возможности по увеличению производственных мощностей, залоги оцениваются с дисконтом в три и более раз, а высокие ставки по кредитам не позволяют наращивать объемы инвестиций в развитие предприятий и увеличивать мощности. Одновременно наблюдается и негативный эффект от общего падения спроса на рынке. Самый яркий пример последних лет — это, пожалуй, обанкротившаяся Kira Plastinina, в развитие которой в свое время было вложено более 3 млрд руб.

Государство не раз заявляло о необходимости поддержки легпрома. В 2015 году была представлена стратегия, предусматривающая увеличение доли легкой промышленности в ВВП с 0,9% (2,4% от объема промышленного производства) до 1,5%. Цифры хотя и небольшие (для сравнения, вкладлегпрома СССР был около 12%), но все же указывают на повешенное внимание к отрасли. Сообщалось также и о необходимости регулирования ставки льготного лизинга, наращивания льготного кредитования и субсидирования. В 2018 году размер субсидий составил 3 млрд рублей. Однако с учетом общего объема одного только рынка моды примерно в 2,5 трлн рублей подобная сумма — лишь капля в море.

Мало кто из знакомых производственников полагается на государство. Несмотря на заявления о поддержке крупных инвестиционных и инновационных производств, двигающих вперед показатели отрасли, вновь прослеживается характерный тренд на консолидацию. Поддержка осуществляется в пользу сильных и стабильных игроков, зачастую уже работающих с госзаказом. К примеру, известно АО «БТК групп», чья работа с Минобороны, ПАО «Аэрофлот» и другими компаниями повлияла на многократное увеличение оборотов и позволила вложить более 10 млрд рублей в модернизацию швейного и трикотажного направления. Мелкие же производственники, у которых немало инновационных решений и идей, зачастую остаются не у дел.

Западный опыт

Несмотря на статус одной из лидирующих экономических держав, Германия является нетто-импортером (объем импорта превышает экспорт) большей части продукции легпрома. Впрочем, подобное не мешает местным властям активно вкладываться в развитие местной индустрии за счет небольших производственников. К примеру, если компания была открыта в течение последних трех лет и до сих пор не имеет собственного капитала, то есть возможность получить кредит на 10 лет в государственном банке с пониженной ставкой 2,6-2,8%. Примеров в данном случае великое множество, и достаточно прогуляться по округу Mitte в Берлине, открывая двери многочисленных стартапов.

Часть кредитных средств можно потратить на покупку необходимого оборудования и налаживание производства. Условия могут разниться в зависимости от региона, в котором зарегистрирован бизнес. Следует отметить, что поддержка мелких производственников ведется в рамках общей стратегии по поддержке малого бизнеса в ЕС, который видится основой для экономической стабильности и роста. К примеру, в рамках панъевропейского Small Business Act for Europe (2008) малым и средним организациям предлагается roadmap в виде 10 «проверенных принципов» развития SMEs.

В США ситуация легпрома постепенно выходит из тупика последних десятилетий. В последнее время американским производителям приходилось несладко, и многие не могли справиться с импортом из Китая, стран Азии и Латинской Америки, где более дешевая рабочая сила и себестоимость сырья. В результате для поддержки мелких производственников был принят «Акт о поддержке малого предпринимательства». В рамках закона мелкие производственники могут воспользоваться налоговыми льготами и прочими средствами снижения кредитных рисков, в то время как усиление государственной поддержки в виде улучшенных кредитных гарантий позволяет лучше рассчитать и контролировать собственный кредит. К примеру, малые предприятия (с чистой стоимостью активов менее $15 миллионов или прибылью менее $5 миллионов), прошедшие отбор, получают налоговые льготы и 100-процентное освобождение от налога на прирост капитальной стоимости. Для того чтобы побудить финансовые организации давать в долг, государство принимает обязательство по страхованию кредитов малых предприятий в размере до 90% их номинальной стоимости.

Отдельно следует отметить, что, как и в Европе, малому бизнесу в США уделяется особое внимание. Более 97% всей торговой активности в Америке приходится именно на мелких производственников, малыми бизнесменами считаются более 8 млн человек, и их доля в экспорте составляет одну треть, превышая $1,4 трлн. Всего же в стране насчитывается более 30 млн малых бизнесов, в которых трудится более 57 млн человек, что составляет 48% от всех работников частного сектора, а два из трех рабочих мест создается именно малым бизнесом.

Кредиты и сильный рубль

Многим очевидно, что сдвиг ситуации в отечественном легпроме может произойти только за счет полноценных структурных реформ и понимания внутри отрасли того, куда же все-таки мы движемся. К сожалению, сейчас нет ни того, ни другого. В условиях, когда непонятно, что случится завтра, думать наперед является неблагодарным занятием.

Позиция государственных органов также выглядит непонятной для многих участников рынка, что мотивирует работать «в серую». Возникает двоякая ситуация, когда, с одной стороны, мы видим позицию регулятора, поддерживающую отрасль, и слышим позитивные заявления чиновников профильного министерства, а с другой стороны — отчетливо ощущается недостаточность нынешнего уровня поддержки.

Стабильность отрасли напрямую зависит от курса валют. Слабый рубль негативно отражается на уровнях потребления, увеличивает издержки среди производителей, а также негативно влияет на перспективу привлечения инвестиций. Инвесторы опасаются возможного обесценивания собственных вкладов, не видят особых долгосрочных перспектив, а возможные риски делают отрасль практически токсичной.

Среди многих производителей прослеживается пессимизм касательного того, является ли их продукция востребованной и зачем делать здесь, если даже нынешний курс рубля все еще позволяет более выгодно заказывать продукцию в том же Китае. Качественный рост производства в КНР происходит стремительными темпами и в ближайшее время сравняется со многими европейскими производителями, а в перспективе и вовсе может оказаться лучше и дешевле.

Возможным выходом из ситуации могло быть создание отраслевого банка, который был бы целиком и полностью сосредоточен на поддержке небольших производственников. Однако пока что не видно предпосылок к тому, чтобы такая структура появилась в ближайшее время, а то, что имеется, к сожалению, недостаточно эффективно.

Также убеждена, что может пригодиться и кластерный подход в развитии, когда мелкие производственники способны конкурировать с крупными за счет консолидации.

Источник:forbes.ru